Конституционный суд (КС) во вторник, 27 ноября, приступил к рассмотрению жалобы на закон о митингах, оперативно принятый летом этого года после массовых беспорядков на акции оппозиции на Болотной площади.

Как пояснил судья КС Сергей Князев, группа депутатов Госдумы от оппозиционных фракций, пытаясь притормозить принятие закона, обратилась в высшую инстанцию еще в июне. А 1 ноября на закон в КС пожаловался один из лидеров несистемной оппозиции, глава незарегистрированной партии «Другая Россия» Эдуард Лимонов. Его жалобу было решено объединить с заявлением парламентских оппонентов партии власти.

У жалобщиков-оппозиционеров три основные претензии. Они считают, что, во-первых, закон, ужесточивший нормы КоАП и законодательства о митингах, был принят с нарушениями, в частности, законопроект не был согласован с региональными властями. Во-вторых, штрафы чрезмерно велики, а обязательные работы слишком длительны. В-третьих, заявителей не устраивает статья, которая запрещает гражданину быть организатором акций, если тот дважды привлекался за нарушение «митинговых» статей КоАП.

Заседание КС оказалось во многих отношениях необычным. Лимонов, фигурировавший в протоколе под своей настоящей фамилией Савенко, наконец выступал в суде не как обвиняемый, а как сторона, требующая власть к ответу. А депутат-эсер Елена Мизулина поставила своеобразный рекорд – ее речь перед судьями длилась более полутора часов, что не преминул отметить председатель КС Валерий Зорькин. Перед началом заседания – что тоже не вполне типично – глава КС предупредил участников о том, что «суд не политическая площадка». Впрочем, депутат Мизулина начала свое выступление скорее как политическую речь, вспомнив о фальсификациях на думских выборах и о последовавшей за этим волне протеста. «За окном много чего происходит, но, уважаемая Елена Борисовна, мы здесь решаем исключительно вопросы права – соответствует ли данный закон конституции РФ», — напомнил Зорькин. Мизулина согласилась с доводом главы КС, заметив при этом, что как суд должен оставаться судом, так и парламент должен быть парламентом, а не «органом оперативного реагирования».

«Московские новости» собрали избранные места из выступлений участников рассмотрения дел:

Эдуард Лимонов, лидер незарегистрированной партии «Другая Россия», писатель

— Здесь я выступаю в качестве пострадавшего – я уже три раза был осужден по этому закону. За несанкционированную акцию (как выражается московская мэрия) на Триумфальной площади 31 июля я был оштрафован на 12 тыс. руб., не далее как вчера мне присудили штраф на 11 тыс. руб., и за акцию 31 августа меня осудили на 10 тыс. руб. Я, если так можно выразиться, профессионально занимаюсь 31-ей статьей Конституции, начиная с 2009 года отстаиваю гарантированное право на мирные собрания. Раз двадцать пять (уже сбился со счета) я был задержан и наказан по административному кодексу, несколько раз находился под арестом до 15 суток. Ни разу мэрия не согласовала мои акции, хотя они принципиально не политические. Они носят характер молчаливого протеста: люди просто приходят и ждут, когда их заберет полиция.

Совсем недавно г-н Майоров, начальник управления безопасности московской мэрии сообщил, что яма на Триумфальной будет закопана, паркинг там строить не будут, и теперь – сказал г-н Майоров, на этой очень красивой и важной площади, смогут проводиться политические мероприятия. Он же сказал, что г-н Савенко, он же Лимонов, может спокойно приходить на чужие митинги, но заявителем быть не может. Я человек, который поражен в правах – так же как поражали людей в правах в сталинское время. Я, пожалуй, единственный человек, из-за которого выкопали яму на площади в центре столицы. Но это так, к слову. Для вас это звучит как статьи закона, но я лидер политической организации, я должен проводить митинги, это один из методов моей работы. И мое нахождение в этом прекрасном зале, к которому я испытываю большое почтение – он очень впечатляет (и вы, уважаемые судьи, очень впечатляете) вызвано тем, что всеми чувствами, которые у меня имеются — и гражданскими и эмоциональными, я выступаю против такого ограничения прав.

Елена Мизулина, депутат Госдумы («Справедливая Россия») (выдержки из речи на суде)

— Ни разу, ни один запрос в КС не был связан с такими грубейшими, откровенно волюнтаристскими нарушениями регламента, которые имели место в случае принятия закона «О внесении изменений в КоАП и закон «О собраниях».

Данный федеральный закон был принят в рекордно короткие сроки – вся процедура в Госдуме заняла 26 дней, но если бы соблюдался думский регламент, то этот процесс был бы в 5 раз дольше.

Авторы законопроекта объясняли столь срочное принятие – цитирую – «реакцией на события, связанные с массовыми акциями 6 мая, и с проведением стихийных митингов и собраний после выборов 4 декабря 2011 года». События 6 мая играли здесь одну из важнейших ролей, поскольку авторы ссылались на то, что эти события вылились в уличные беспорядки.

К сожалению, также авторы законопроекта отказались признать, что на самом деле массовые протестные акции, которые с декабря 2011 года прокатились по всей стране, были вызваны массовыми нарушениями в ходе избирательного процесса. И вместо того, чтобы ужесточить наказания за нарушения избирательного законодательства, изменить принципы формирования избирательных комиссий, депутаты – авторы оспариваемого закона пошли по пути борьбы со следствием, а не с причиной, и с теми, кто не желает мириться с массовыми фальсификациями выборов!

Замечу, что закон был принят и в 1-м, и во 2-м, и в 3-м чтениях практически голосами одной партии… Может, парламент вообще не нужен, если какая-то политическая или социальная группа, вне согласия с другими точками зрения, может предложить только свои правила поведения в обществе?

Вадим Соловьев, депутат Госдумы (КПРФ), глава юридической службы КПРФ

— Резкое повышение штрафов за нарушения общественного порядка во время публичных мероприятий представляется явно чрезмерным. Авторы закона не представили никаких экономических расчетов, подтверждающих необходимость столь резкого ужесточения санкций. На практике, привлечение к административной ответственности в размере до 100 тыс. руб., при среднестатистической зарплате в 27 тыс. руб., будет означать прямое унижение человеческого достоинства, ввергая «среднестатистического гражданина» в тяжелое материальное положение на длительный срок.

Кроме того, обращает на себя внимание тот факт, что процедура согласования акций подробно не определена и отдана на откуп муниципальным чиновникам. На практике это ведет к чрезмерному ограничению прав граждан на свободу мирных собраний. В нашу фракцию пришла телеграмма из Набережных Челнов: «Власть фактически запрещает проведение всех публичных мероприятий, организованных городским отделением КПРФ и гражданскими активистами… После проведения публичных мероприятий так же незаконно заводятся административные дела, суды чуть ли не автоматически штампуют обвинительные приговоры, в отношении главы Набережночелнинского горкома Гурьева заведено три дела, его хотят подвергнуть крупным штрафам. Просим обратиться в Генпрокуратуру» и т.д., и т.д. То же самое происходило и на демонстрациях 7 ноября – коммунисты отмечают этот праздник с 1918 года, всегда были демонстрации, митинги, всё организованно. В этом году – повсеместный запрет, разрешается только проведение митингов в удаленных от центра местах».

Дмитрий Вяткин, полпред Госдумы в КС, зампредседателя комитета Думы по конституционному законодательству и госстроительству, депутат от «Единой России»

— Как показывает практика, штраф применяется по нижним пределам – 10-20 тыс., максимум 30 тыс. руб., а те гигантские, колоссальные штрафы о которых говорят заявители, применяются только в том случае, когда наступили достаточно тяжелые последствия - если причинен ущерб жизни или здоровью граждан, ущерб имуществу. Говорить о том, что организаторы публичного мероприятия не должны в этом случае нести ответственность – по меньшей мере, наивно.

Тот человек или группа людей, которые собирают граждан (от нескольких человек до нескольких сотен тысяч), не должны перекладывать ответственность за безопасность на органы власти. Это, по меньшей мере, безответственно.

Каждый политический деятель, который хочет продемонстрировать единство своих рядов, должен нести ответственность совместно с властями. А это, простите, предполагает не только уведомление, но согласование. Если на маленьком пятачке организаторы хотят собрать 100 тысяч человек, а власти говорят «Мы не сможем обеспечить безопасность, люди придут, и начнется давка» - какой механизм должен включаться? Конечно, механизм согласования, это очевидно. Практика применения жесткой ответственности в случае нарушений – это нормальная практика. Уголовная ответственность применяется не так часто, как надо бы. Законодательные пробелы привели, в частности, к тому, что мы наблюдали весной этого года, когда заранее в толпу были направлены провокаторы.

В Эстонии разработана новая концепция алкогольной и табачной политики, предполагающая введение в стране так называемых "безалкогольных дней". Об этом сообщает Postimees.

Документ подготовила рабочая группа при министерстве социальных дел. Как ожидается, он поступит на рассмотрение правительства в январе. Дни без алкоголя предложено ввести в республике 1 июня (международный день защиты детей) и 1 сентября (день знаний). Инициаторы данной меры подчеркивают, что она необходима для "формирования в обществе полезных привычек". Будет ли введен запрет на продажу алкоголя в указанные дни, или власти намерены ограничить его употребление каким-то иным способом, в сообщении не уточняется.

В документе также предложено увеличить возрастные ограничения на продажу спиртного с нынешних 18 лет до 21 года. В качестве "антитабачных мер" авторы концепции предлагают ликвидировать на рабочих местах специально отведенные места для курения, запретить курение во всех госучреждениях, а также убрать табачные изделия с витрин.

По среднему потреблению спиртного на душу населения Эстонии является одним из лидеров среди стран ЕС. На каждого гражданина республики в год приходится около 10 литров чистого алкоголя.

С июля 2005 года в стране действует закон о табачных изделиях, который запрещает курение в местах общественного питания, культуры, отдыха и спорта (за исключением специально отведенных для этого мест).